Юрий Котенок: Артем Ольхин: Мелитополь русский
Артем Ольхин: Мелитополь русский. Инструменты мягкой денацификации
До войны Запорожье - депрессивный регион. Из Донецка в Запорожье ходили советские поезда, пахнущие бомжами, убитые автодороги. Хортица: бутылки, консервные банки, использованные контрацептивы. Бердянск, Мелитополь: денег в развитие не вкладываем.
В Русскую Весну отстоять регион не вышло. Чёрная страница - беспредел Азова в приморской полосе.
В первые дни и недели СВО - фактор неожиданности: ВСУ, укронаци бежали. Города, посёлки, сёла не подверглись уничтожению, как Мариуполь, Соледар, Артёмовск.
Сотрудник администрации: Сначала люди боялись, что вернутся укропы, начнут мстить. Стало понятно, что позиции России крепки, и никто не собирается никого бросать. Когда в Киеве пропагандировали контрнаступ, местные жители уже смеялись, не верили в возможность успеха ВСУ. Понимали, что это ложь. Чем ближе к передовой, тем больше понимания, что на самом деле происходит.
Фактор - время, надёжность, понимание, что реальность сильнее укропропаганды. Места для украинского варианта в реальности нет. Выданные паспорта, денежные компенсации, пенсии, зарплаты стали в разы больше, а коммуналка снизилась. Сугубо экономические меры, преобразования не словом, а делом - важный инструмент мягкой денацификации. Как профессор Преображенский в Собачьем сердце: Лаской! Единственным способом, который возможен в общении с живым существом!.
Преобразился Мелитополь. Дорога в город уже не похожа на поверхность Луны. Из Донецка до Крыма можно доехать за 8 часов. Центр города уютный, оживлённый.
У Мелитопольского госуниверситета много молодых лиц, коридоры бурлят. Здесь всё всегда было русскоязычным. Сколько ни одевай памятники Ленину в вышиванки, люди говорили и думали на русском. На примере Мелитополя видно: с момента освобождения юга России прошло меньше 2-х лет. Хорошая динамика.
В Бердянске любоваться морем с косы. Гулять по центру уютного Мелитополя. Даст Бог, скоро и в Запорожье так поедем. И в Одессу.
